Фестиваль Саратов
Новости

Кто может сказать, что такое документальное кино

Кто может сказать, что такое документальное кино

 

Самая вместительная филфаковская аудитория более, чем заполнена. В основном первым курсом. Еще неискушенные всеми прелестями студенческой жизни. В этот раз здесь непростая лекция. Никаких обязаловок.

 14 сентября в рамках Десятого международного фестиваля документальной мелодрамы «Саратовские страдания» молодые филологи, журналисты и культурологи встретились с вице-президентом Гильдии неигрового кино Никитой Тихоновым-Рау. Гильдия неигрового кино – это профессиональная организация, которая объединяет  кинематографистов, занимающихся документальным кино.

 Никита рассказал о том, как работает система документального кино в России и не только здесь. Говорили о полезности взгляда в разные стороны. О времени на взлет и урезании пространства для пустяков.

 - У всех есть понимание, что такое документальное кино? — Никита задает вопрос аудитории.

 В помещении стеснительное молчание. Все вроде бы знают, что это такое, все представляют – смотрели, а как называется, сформулировать не получается. Постепенно из высказываний ребят стало собираться общее определение.

- Мы фиксируем жизни людей. Жизнь человека, обычного человека. Чем такой фильм отличается от репортажа? Чем вообще отличается документального кино от репортажа? Репортаж – это фиксация реальности. Документальное кино может существовать параллельно реальности, происходящей в голове. Это такое преломление смыла… На одном и том же материале можно рассказать совершенно разные истории, — говорит Никита Тихонов-Рау.

 Для примера все вместе разбирают картину Татьяны Соболевой «Две стороны одной лошади». Режиссер, кстати, находится в зале и оживленно участвует в дискуссии. Ее лента тоже была показана на «Саратовских страданиях». Фильм про день простой лошади. В журналистском репортаже мы напишем о том, что она ест, как ущемляются ее права и т.д. В документальном кино можно понять психологию лошади, как она видит нас через себя.

 Документалистика делится на два очень четких вида: креативное документальное кино и теледокументалистика. Второе работает по законам телевидения. Соответственно, для него незыблемы формат и линейка ТВ.

 

- То кино, которое мы видим на ТВ – оно все форматированное. Телек диктует автору, как снимать кино, загоняя его в рамки. Это только один тип документалистики. Есть другая документалистика, живая, которая придумана сердцами и головами людей. Сделана их руками. Такой продукт, кстати, команда «Саратовских страданий» привозит сюда. Каждый такой фильм уникален. Но ему сложнее найти своего зрителя. В мире есть целый рынок креативной документалистики, которая просто не доходит до нашей страны.

 Любой из студентов нашел, предположим,  тему, героев, готов хороший сценарий. В итоге, допустим, девочка Маргарита, которая ответила на вопрос Никиты,  его создаст… И дальше она не знает, что с ним делать. Действительно не знает. Рита покажет его своим одногруппникам обязательно. Они обязательно похвалят. Но тут круг замыкается.

 - Я приехал, чтобы рассказать, как сделать так, чтобы это кино продвигалось и доходило до зрителя, учувствовало на международных фестивалях, показывалось на ведущих мировых площадках. Может быть, среди вас есть будущий победитель Каннского фестиваля. Мы не знаем. Саратов — город чудес. Все ваши знаменитые земляки – это люди, которые в какой-то момент начали мечтать. Мне очень хочется, чтобы я зародил в вас какую-то бациллу. И когда вы всерьез задумаетесь, куда пойти, вы будете знать, что есть такая уникальная сфера.

 - Как дальше действовать практически? Задам вопрос самому себе. Я расскажу, что делает наша гильдия. У нас есть проекты, связанные с международным продвижением фильмов.

 Никита объяснил, как составляются рейтинги документального кино, как правильно сотрудничать с министерством культуры. В мире огромное количество площадок и фондов, которые этим занимаются.

 

- Министерство культуры – главный финансовый спонсор неигрового кино, если говорить про Россию. Оно раз в год публикует два типа проектов, на которые можно подать заявки. Каждый из вас может найти подходящую студию, в которой вам помогут снять ваш фильм.  

 - Все наше стояние на месте или движение вперед произрастает из наших внутренних желаний. Вырастить в себе желание – это самое главное в жизни. Дальше вопрос, куда двигаться, чего хотеть. Ни одно документальное кино не может возникнуть без очень большого желания человека.

 Вице-президент Гильдии неигрового кино уверен, что нужно найти дружественную организацию, которая помогла бы с продвижением. Получателями таких субсидий являются негосударственные организации. Все инвесторы, какими бы они ни были, дают деньги на реальный проект – то есть полностью прописанный сценарий. Чтобы участвовать в этих вещах, надо заработать себе имя. Режиссеры-дебютанты имеют большие шансы, но это ничего не значит. Образование не играет принципиальной роли.

 Несмотря на все усилия государства, все равно кинорынок существует в конкурентном пространстве. Можно говорить: мы не знаем, что делать, а можно рыть в разных направлениях: изучать, смотреть.

 - Вы знаете, как Таисия Игуменцева попала на Каннский кинофестиваль? Она подала заявку на участие через интернет и прошла отбор, а потом получила приз. Это конкретная судьба, которая достойна восхищения. Не замыкайтесь на том, что находится у вас прямо перед глазами. Можно на всю жизнь поставить себе цель быть корреспондентом маленькой областной газеты. Это один масштаб. А можно по-другому. У каждого человека есть свой потолок, и он его не знает.

 В России есть более 300 киностудий. Каждая студия формирует свои предложения, дальше отправляются огромные отчеты, кипы документации. Затем происходит подведение итогов. Каждый человек может создать свою студию. Для этого не обязательно иметь огромный павильон или качественное оборудование – главное для выделения грантов – бумаги.

 - В рамках гильдии мы делаем все, чтобы эта система субсидирования была как можно прозрачнее. Мы были одними из инициаторов того, что защита проектов проходила на открытых площадках. Ни кто-то в закрытых кабинетах решает – что хорошо, а что – плохо. Все происходит открыто: собираются профессионалы, садятся в ряд и голосуют за понравившиеся сценарии и проекты. Подвижки есть. Новое руководство Минкульта имеет волю, но это вопрос конкретных механизмов. Выработкой этих правил игры должны заниматься именно мы сами. Это не такая простая задача. Из кого, например, должен состоять экспертный совет, а по какому принципу отбираются работы. Вот темы для обсуждения.

 Мы делаем все, чтобы этим было заниматься не только интересно, но и выгодно. Мы живем в уникальное время формирования рынка новой российской документалистики. Мы можем стать его основателями. А золотые горы придут потом.

 

Артем Земцов,

Студент 3 курса

Института филологии и журналистики

СГУ им. Н.Г. Чернышевского

 

Яндекс.Метрика